Другие новости

«Это жизнь». «Мужики»

5 июля 2011 23:25
Олег Комолов

Продолжаем публикацию рассказов из книги художественных очерков «Это – жизнь», изданной в 1964 году. Автор – известный советский журналист, спецкор газеты «Правда» Елена Каноненко.

Главная тема книги – становление характера, морали советского человека – творца социалистического общества, активного строителя коммунизма.

За успешную работу в печати Елена Кононенко награждена орденом Ленина и орденом Великой Отечественной войны 1-й степени.

Недели за три до нового года пионерская дружина села Марьяновки стала готовить подарки фронтовикам. Шили кисеты, вышивали новые платки, вязали теплые варежки, писали письма. Из лакомств решили послать сушеные яблоки. И очень горевали, что нет конфет. Осо­бенно горевал Леша Липатов, бойкий, кареглазый па­ренек лет тринадцати.

—   Ничего, ребята, не дорог подарок — дорога лю­бовь,— успокаивала учительница Марья Трофимовна,

большой друг марьяновских пионеров,— яблочки из сво­его сада им будут даже приятнее конфет.

Давно уже проводил Леша на фронт отца своего, колхозного бригадира Андрея Петровича Липатова, но вечер этот хорошо сохранился в памяти.

Отец уезжал с ночным поездом. С ним из Марьянов- ки уезжало еще несколько человек — самые деловитые и хозяйственные люди колхоза… Приехали на станцию С вечера. И Леша тоже был. Все ребята были. И все матери. Даже многие деды и бабки приехали… Сидели на станции в буфете огромной семьей, пили молча горя­чий чай из кружек… Мать и бабка все время плакали. Мать — тихо, словно стесняясь, а бабка — громко, на всю станцию. Отец говорил, морщась:

—  Ну вот, развели мокрятину, говорил: не надо провожать, не люблю я этого… Верно, Леша?

Отец был бодрый, энергичный, твердыми, гулкими шагами ходил по платформе, что-то появилось в нем новое… Леша гордился им. Эх, как хотелось бы ему по­глядеть на отца в военной шинели!

Тяжело дыша, паровоз подкатил к станции. Мать, бабка, дед, тетки долго обнимали отца и окружили его плотным кольцом. Они оттеснили Лешу, и он испугался, что не успеет проститься. Но вот отец в самую послед­нюю минуту раздвинул всех и крепко прижал к себе Лешку.

—   Ну, сынок, ну, сынок…

Леша почувствовал, что в носу и горле что-то щиплет.

—   Папанька…— шепнул он.

—   Ну, сынок, помни, что я тебе наказывал,— сказал отец, целуя Лешу. И Леша проглотил слезы.

—   Ладно,— сказал он,— садись, а то поезд тронется.

Сейчас, когда пионеры готовили подарки на фронт,

Леша все это вспомнил до мельчайших подробностей, и ему захотелось послать отцу что-нибудь очень хорошее, самое лучшее. Он старательно писал письмо отцу, раз­рисовал по краям бумагу красными самолетами и зеле­ными танками. А в конце письма нарисовал подлую рожу Гитлера и написал под ней: «Смерть гаду!».

Леша писал отцу:

«Папанька, посылаю тебе маленький подарок — су­шеные яблоки и еще кое-что. Папанька, я бы все тебе по­слал, да у меня нет. То, что наказывал, мы, ребята, де­лаем. Ты о севе, папанька, не беспокойся. Наш колхоз хорошо посеется. И, если увидишь наших марьянов- ских — Серегиного отца, Васиного, Колиного, Витина, Катиного — всех, одним словом, марьяновских, скажи им, что наши ребята не зевают. Это я тебе от всей пио­нерской дружины пишу.

Папанька! Золы мы собрали очень много и все сде­лали как надо. Тетя Даша, председательница, нас даже хвалила на собрании, и все матери не обижаются. Снега нынче большие, долго, пожалуй, не сойдут. Папанька, мы помогаем женщинам готовить семена. Почти что, можно сказать, подготовили. Учительница наша тоже с нами. Мы с ней проверяли всхожесть семян — хорошо взялись. Я теперь в этом деле понимаю, честное пионерское: нор­мы высева и какая глубина пахоты — это мы наизусть знаем и, будь спокоен, углядим. Мы теперь вместо вас мужики.

Папанька, мы помогаем чистить и сортировать семе­на. Мы караулы выставляем у амбаров, так что с семян глаз не спускаем день и ночь. А дед Еремеич велел нам проверить весь инвентарь, сбрую и упряжь. Плуги сей­час в полной исправности, лемехи все отточены, болты закреплены. У двух сеялок рычаги оказались не в поряд­ке. Еремеич тебе кланяется. Еремеич говорит: пусть они не беспокоятся, пусть как следует воюют, а земля как стеклышко будет. Мы с ним все хомуты, седелки, по­стромки пересмотрели. А что надо было, починили сами. Папанька, у нас при школе мастерская открылась по ремонту сбруи и упряжи. Да уж почти что все кончили, теперь помогаем к тяглу подгонять. А еще Еремеич го­ворит, что будем расчищать копыта и подстригать щетки у лошадей — это самые старшие наши ребята будут де­лать. А Ваня Голубев сказал Еремичу: «Дед, да мы не сумеем». А Еремеич смеется. «Сумеете,— говорит,— по- французскому да по-немецкому научились, а копыта-то чистить и вовсе научитесь. А не сделаем,— говорит,— это­го, при бороньбе на ноги скотине грязь налипать будет».

Папанька, не сомневайся, посеемся хорошо. Я трак­тором пока еще не умею управлять, а Федя Семенчук, Володя Палитов, Серега Кувшинов и многие другие уже умеют. Не подкачаем. Папанька! И за огород наш не бес­покойся, я маме помогу, все будет, как при тебе. При­едешь к нам — будешь есть огурцы! Плетень я уж почи­нил немного. А еще вот что — у нас новость: каждый пио­нер будет выращивать одну птицу для Красной Армии. Серега Кувшинов — гуся, Васька Воронин — тоже гуся, Андрюша Степанов — курицу, Катя и Маня Наседки­ны— тоже по курице. И так все… А я — кролика. Хоть это и не птица, а важно, сдам в фонд Красной Армии. Папанька, отметки у меня хорошие, только за диктант вчера получил «пос». Больше писать нечего, дорогой па­панька. Как там у вас? Хоть бы посмотреть одним гла­зом. Папанька, а ты мне привезешь немецкую каску и патроны пустые, ладно? Бей Гитлера, папаня, и скажи всем, чтобы добили скорее гадюку. У меня такая злость к ним! Попался бы мне Гитлер в руки, я бы на нем живого места не оставил, я бы, папаня, напоил его рас­плавленным железом, руки и ноги опустил бы в жидкий воздух и заморозил бы его при низкой температуре. А по­том я выбросил бы его на помойную яму, чтобы его съе­ли крысы и вороны за то, что он мучает людей.

Ну пока, папанька, больше писать нечего, кланяйся всем бойцам. Пиши нам скорее, а то скучаем без тебя. Остальное все будет, как ты мне наказывал. Уж и сейчас Марьяновка из всех деревень первая по подготовке к се­ву идет. До свиданья, остаюсь твой сын Алексей Андрее­вич Липатов, Леша».

В землянке на передовых позициях грелись бойцы. Гул канонады стих. Андрей Липатов только что вернул­ся из разведки. Он снял обледеневший маскировочный халат,

—   А нам подарки пришли,— встретили его товарищи.

Липатов оглянулся по сторонам и увидел: все бой­цы читают письма, распаковывают ящики, шутят, жуют что-то.

—   А тебе еще от сына гостинец! — сказал кто-то и протянул Андрею Липатову кулечек. Озябшими руками Андрей Липатов раскрыл посылку. «Чудила мой,— поду­мал он с нежностью, начиная читать первые строки Лешиного письма.— Да что же может быть лучше сушеных яблочков из своего сада!»

По вот он дочитал письмо до конца и радостно вос­кликнул:

—   Алексей Андреевич Липатов! Алексей Андреевич!.. Да вы послушайте, товарищи, какая у меня радость-то, какой мне подарок сын припас! — счастливым голо­сом сказал Андрей Липатов и громко прочитал бойцам все письмо.

—   Ведь это у меня из головы не выходило, товари­щи,— волнуясь, продолжал Андрей Липатов.— Все ду­мал, как посеются, справятся ли, ведь самые наши, мож­но сказать, полевые командиры на войну ушли. Женщи­ны да молодняк у земли воевать остались. У нас в Марьяновке сев весело проходил, хлеба всегда хорошие были. А ведь теперь еще бы надо богаче. Назло бандитам, будь они прокляты! Ай да сынок мой, ай да мужики!

Все бойцы радовались за Андрея Липатова и хвали­ли марьяновских «мужиков».

1942 г.

 

Другие материалы по теме:


1 комментарий
Илья Грошев 06.07.2011 09:50    

Душевная статья. Не забывай, уважаемая редакция, присылать к нам на пионерский портал подобные материалы. Хорошо?

Написать комментарий
* Внимание! Комментарии, содержащие более одной гиперссылки, публикуются на сайте после просмотра модератором.

Читайте также

Ярослав Галан. Антифашист с Западной Украины

В условиях политического кризиса на Украине, сопровождающегося националистическими погромами под знамёнами бандеровщины

Валерий Чкалов: «Я — настоящий безбожник»

Николай Некрасов. Элегия

Николай Некрасов. «Железная дорога»

О коммунистической морали

Помоги проекту
Подпишитесь на Комстол
добавить на Яндекс
Реклама
Справочник
Опрос
Библиотека
полезные ссылки
Наш баннер
Счётчики
© 2005-2014 Коммунисты Столицы
О нас
Письмо в редакцию
Все материалы сайта Комстол.инфо
МССО Куйбышевский РК КПРФ В.Д. Улас РРП РОТ Фронт РОТ Фронт
Коммунисты Ленинграда ЦФК MOK РКСМб Коммунисты кубани Революция.RU