Другие новости

Чукотские ревкомовцы. Люди из легенды идут в вечность… Часть 1

28 сентября 2012 21:23
Лариса Адамова

Этот материал посвящён установлению Советской власти на Чукотке в период Гражданской войны. Герои тех событий – молодые коммунисты, командированные РКП(б) в этот далёкий край и отдавшие свои жизни в борьбе за социальную справедливость, свободу и равенство – навсегда останутся в памяти жителей Чукотки и всего прогрессивного человечества.

 Придет время, когда наш далекий край будет цветущим: здесь будут построены заводы и порты, школы и больницы. Все дети, независимо от национальности, будут учиться в школах и станут тем, кем они хотят стать: педагогами, врачами, инженерами, писателями, учеными. Это сделаем мы вместе с вами, а нам поможет вся Россия.

Из выступления М. Мандрикова перед жителями Анадыря (1919 г.)

Осенью 1919 года на пристани в Анадыре (тогда еще он назывался Ново-Мариинск) «лучшие люди» города встречали представителей новой, колчаковской власти — начальника уездного правления Громова, секретаря правления Толстихина, мирового судью Суздалева. Начальник милиции Струков прибыл в сопровождении десяти милиционеров.

Тем же, последним в ту навигацию рейсом «Томск» доставил в Анадырь посланцев Приморского краевого комитета РКП(б): Михаила Мандрикова, слесаря-машиниста, бывшего депутата Учредительного собрания от крестьян Приморья, и Августа Берзиня — стрелка 2-го Рижского латышского стрелкового полка, члена Хабаровского Совета, бывшего комиссара железнодорожной станции Хабаровск. Их было двое. Двое большевиков приехали сюда устанавливать советскую власть.

Хотя в 1917 году известие о революции местный радиотелеграф принял уже через несколько дней, ни рабочие угольных копей, ни рыбаки, ни охотники долго еще ничего не знали об этом. А временное торжество контрреволюции в Сибири и на Дальнем Востоке и вовсе внесло успокоение в растревоженные было души промышленников и торговцев. Но созданное ими «народное правление» не устраивало «омское правительство» Колчака. Колчаковцам с «Томска» и предстояло восстановить в Анадыре дореволюционные порядки. А вот Безруков и Хваан (так значилось в паспортах Мандрикова и Берзиня) имели цели прямо противоположные.

В Анадыре Безруков-Мандриков, человек по виду «достойный», сведущий в коммерции, поступил на службу в казенный склад. Хваан-Берзинь нашел себе место истопника в струковской милиции. Теперь оба были в курсе всех местных новостей.

К декабрю 1919-го их было уже 13. Нелегальная группа назвала себя Революционным комитетом и собиралась в домике Уолтера Аренса, бывшего американского матроса, который отвечал за анадырский склад купца Малкова, проживавшего в селе Усть-Белая. Они обсуждали планы захвата уездного правления, телеграфа, милиции. На этот случай Уолтер изъял со склада и припрятал в укромном месте оружие. Думал ли торговец, что закупленные на Аляске винчестеры обернутся против него же?

События начали развиваться даже раньше, чем планировалось. Мандриков узнал: осведомители вывели Струкова на след группы. 15 декабря управляющий уездом Громов запросил Петропавловск: как быть? Последовал ответ: «В случае выступления большевиков объявите в уезде осадное положение и не стесняйтесь с расстрелами».

Шифрованные переговоры перехватил на радиостанции Василий Титов, почтово- телеграфный чиновник 5-го разряда, работник аккуратный и подозрительный разве тем, что не менял, как другие, казенный спирт на пушнину. Еще в ноябре Титов вошел в Революционный комитет.

Группа Мандрикова выступила первой: со времени обмена телеграммами не прошло и суток. Разбившись на тройки, они разоружили милиционеров, изолировали от них Струкова, затем арестовали Громова, Толстихина, Суздалева. Продумали все давно, действовали толково, грамотно, без лишнего шума. Титов позаботился, чтобы радиотелеграфное сообщение о свержении колчаковцев в Анадыре тут же ушло в эфир.

Вечером того же 16 декабря был утвержден состав Анадырского уездного Совета рабочих депутатов и его оперативный орган — Анадырский Революционный комитет. Председателем ревкома стал Мандриков, секретарем — Михаил Куркутский, местный житель, сын бедной чуванки, комиссаром народной охраны — Август Берзинь, комиссаром радиостанции — телеграфист Василий Титов.

Первый ревком Чукотки обратился с воззванием к трудящимся уезда:

«Товарищи далекого Севера, люди голода и холода, к вам мы обращаемся с призывом присоединить свой голос и разум к общему голосу трудящихся России и всего мира.

Да здравствует коммунистическое равенство!

Долой капиталистов-спекулянтов!»

Люди голода и холода… Пожалуй, точнее не скажешь. Из 14 с небольшим тысяч коренного населения Чукотки только половина жила оседло, остальные кочевали с оленьими стадами, по полгода не имея связи с материком, полностью оставаясь во власти суровой природы, подчиняясь родо-племенным обычаям и традициям, не осознавая своих классовых интересов.

Огромное влияние шаманов, богатеев-оленеводов, засилье заезжих купцов, особенно американцев… Более 90 процентов торговых операций приходилось на долю иностранного капитала. Американский торговец-миллионер Олаф Свенсон на Чукотке получал до 1000% прибыли! Промышленники и купцы Грушецкий, Бесекерский, Бирич, Малков, Желтухин, японец Соона и другие, кто помельче, кто покрупнее, нещадно обирали, обманывали местное население. Священник села Маркова отец Митрофан Шипицын неоднократно получал нагоняи от духовного начальства за то, что в заботах мирских, торговых, совсем забыл о миссионерском своем назначении. Унаследовавший приход его сын Иван практически оставил церковные дела, занимался своим хозяйством, рыболовством, немного приторговывал.

Чукчи, коряки, камчадалы и другие малые народы оставались поголовно безграмотными. Их не могли убедить никакие революционные призывы, которых они попросту не понимали. Убеждать могли только ощутимые дела.

Весь Северо-Восток, за исключением Охотска, был еще под властью колчаковцев, когда ревкомовцы торжественно вывесили красный флаг на доме бывшего уездного правления. Какими же были первые шаги новой власти?

Запись в одном из первых протоколов ревкома от 17 декабря: «Слушали: о сборе всего пролетариата на совещание».

Речь шла о подготовке общего собрания жителей Анадыря. Совершалось поистине невиданное: трудящиеся решали участь своей бывшей администрации. Два дня выбранная Советом следственная комиссия изучала их преступные дела и внесла в ревком предложение: арестованных колчаковцев расстрелять. Но окончательное слово предстояло сказать общему собранию — рабочим угольных копей, рыбакам, охотникам.

Голосовать тоже было внове. Подавляющее большинство анадырцев одобрили предложение следственной комиссии: Громова, Толстихина, Суздалева расстрелять. Одному Струкову повезло — поверили, что приехал в Анадырь, якобы скрываясь от мобилизации в колчаковскую армию. Его освободили из-под стражи и выслали отбывать трудовую повинность на шахту «Угольная» (решение, имевшее для ревкомовцев роковые последствия).

 

окончание следует…

Другие материалы по теме:


2 комментария
Фото Галицкого Мефодия 18.05.2013 11:48    

Спасибо большое за статью. Мефодий Галицкий — мой прапрадедушка.

Александра

Фото Галицкого Мефодия 18.05.2013 11:49    

К сожалению, нет фотографии Мефодия Галицкого

Написать комментарий
* Внимание! Комментарии, содержащие более одной гиперссылки, публикуются на сайте после просмотра модератором.

Читайте также

Пожаловался на низкую зарплату – плати штраф!

В Тверском районном суде Москвы судили рабочего Рустама Корелина из городка Сухой Лог, что в Свердловской области. Всё его «преступление» заключалось в том, что он устраивал одиночные пикеты с жалобами на низкие зарплаты. Суд усмотрел в его действиях нарушение порядка проведения публичных мероприятий.

Очередные поиски «ведьм-гомофобов»

Обыкновенный врач оказался сильнее святой воды

Бастуют норвежские нефтяники

Победа над буржуазным авторским правом

Помоги проекту
Подпишитесь на Комстол
добавить на Яндекс
Реклама
Справочник
Библиотека
полезные ссылки
Наш баннер
Счётчики
Последние сообщения форума